| Разговоры |
[Май. 18, 2012|05:17 pm] |
В русском магазине в очереди в кассу стоит молодая сотрудница бистро того же магазина. Докупает продукты для очередных порций славянской кухни. Перебрасывается через головы с кассиршей:
- Валя, ты опять здесь?
- Ну, как обычно. Они мне говорят: "Ты самая молодая - ну и беги".
- Обнаглели, ваще.
- Вот так всегда. Самая молодая - беги. Самая лёгкая - лезь. Самая худенькая - пролазь.
|
|
|
| Ну надо же |
[Май. 17, 2012|09:27 pm] |
Прилежно прочитал ленту. Находясь в приподнятом состоянии духа, раздавал ободряющие комментарии направо и налево. С удивлением обнаружил, что не везде таперича это возможно, потому что "Вы не можете оставлять комментарии в этом журнале, так как его владелец вас забанил".
С моим теперешним толерантным настроем, как мне это удалось, ума не приложу.
Пожалуй, сочту за комплимент! |
|
|
| Самое лучшее и адекватное к Празднику |
[Май. 9, 2012|08:45 pm] |
"Это Иван. Почасту был пьян, ходил враскоряку, сидел за драку, с Галей жил по второму браку, их в атаку горстку оставшуюся подняли, я письмо читала у Гали, сам писал, да послал не сам, дырка красная, девять грамм.
А это Федор. Федя мой. Помню, пару ведер несу домой, а он маленький, дайте, маменька, помогу, а сам ростом с мою ногу, тяжело, а все-ж таки ни гу-гу, несет, в сорок третьем, под новый год, шальным снарядом, с окопом рядом, говорят, ходил за водой с канистрой, тишина была, и вдруг выстрел.
А это Андрей. Все морей хотел повидать да чаек, да в танкисты послал начальник, да в танкистах не ездят долго, не "волга", до госпиталя дожил, на столе прям руки ему сложил хирург, Бранденбург, в самом уже конце, а я только что об отце такую же получила, выла.
А это Степан. Первый мой и последний. Буду, говорит, дед столетний, я те, бабке, вдую ишо на старческий посошок, сыновей народим мешок и дочек полный кулечек, ты давай-ка спрячь свой платочек, живы мы и целы пока, четыре жилистых мужика, батя с сынами, не беги с нами, не смеши знамя, не плачь, любаня моя, не плачь, мы вернемся все, будет черный грач ходить по вспаханной полосе, и четыре шапки будут висеть, мы вернемся все, по ночной росе, поплачь, любаня моя, поплачь, и гляди на нас, здесь мы все в анфас, Иван, Федор, Андрей, Степан, налей за нас которому, кто не пьян..."
|
|
|
| Как всегда, Быков достоин цитирования |
[Май. 9, 2012|08:36 pm] |
Словом, минусы советского чадолюбия соединились с проповедью эгоизма гламурного образца, и получился невероятный синтез: рожать, конечно, нужно, и как можно больше, но вот что с ними, рожденными, делать потом, категорически непонятно. Тут и родителей-то неизвестно куда девать, все люди чувствуют себя лишними.
|
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
